В музыке, как и в еде, важен баланс: щепотка иронии, щедрая порция мрака, пара пряных отсылок и основа, которая держит всё вместе. У группы «Кремация Бонифация» этот рецепт доведён до совершенства, потому что их песни хочется не просто слушать, а буквально пробовать на вкус их то горькие, то дерзко-острые, то неожиданно меланхолично-сладкие нотки. Мы пообщались с основателем и поэтическим сердцем коллектива Дмитрием Трушкиным, который поведал нам о том, из каких ингредиентов складывается их фирменный саунд, а также поделился историями из жизни и намекнул на ближайшие гастрольные планы проекта.
ЕМ: Приветствую! Название «Кремация Бонифация» цепляет сразу. Откуда оно взялось, есть ли за ним какая—то история или это чистый художественный образ?
Дмитрий Трушкин: Привет! Название группы отсылает к тернистому жизненному пути святого Бонифация, английского бенедиктинского монаха и ведущей фигуры англосаксонской миссии в германских землях Франкии в VIII веке. История его жизни и смерти перевернуло наше сознание раз и навсегда.
ЕМ: 9 сентября коллективу исполнилось 17 лет, с чем мы вас сердечно поздравляем! Если посмотреть на ранние выступления и нынешний звук, что в группе принципиально не изменилось, а что пришлось пересобрать по дороге? Также в социальных сетях и на выступлениях вы часто упоминаете родной город Владимир. Насколько отличается владимирская рок-сцена от столичной?
Дмитрий Трушкин: Принципиально не изменился уровень надрыва, с которыми мы подаем материал все эти 17 лет. Из изменений — ну, на гитарах играть научились. Судить о состоянии владимирской рок-сцены не могу, потому что мало слежу, но как будто с молодыми андеграундными группами во Владимире сейчас довольно неплохо. Выступать только особо негде.
ЕМ: В октябре у группы была еще одна юбилейная дата – 10-летие альбома «Клёвые сердца». Какая из песен сет-листа этой пластинки сейчас стала звучать даже актуальнее?
Дмитрий Трушкин: Песня «Червяки» — это горькая метафора сегодняшнего мироустройства, год от года звучащая всё актуальнее и острее.
ЕМ: Дмитрий, помимо автора-песенника, вы также являетесь поэтом и ведете свой паблик ВКонтакте. Назовите 3 критерия, по которым определяете, какие тексты станут в будущем песнями «Кремации Бонифация», а какие будут опубликованы в паблике?
Дмитрий Трушкин: Стихи не всегда пригодны для пения, а тексты песен тем более не всегда естественно и эстетично читаются с бумаги. В стихах строже организация пространства.
ЕМ: Некоторые поэты, а по совместительству и музыканты, разграничивают свою деятельность и проводят отдельно от концертов творческие вечера, где читают свои произведения (например, Глеб Самойлов, Лёха Никонов). Не планируете ли организовать что-то подобное со своими стихотворениями?
Дмитрий Трушкин: Занимаюсь этим с 2011-го года. Давно не возвращался к такому формату, выступать с группой и петь песни мне всё-таки нравится больше. Но я морально близок к тому, чтобы наконец выпустить свою вторую книжку стихов, осталось найти на это время и деньги.
ЕМ: 4 октября группа выступила в столичном клубе «Ровесник», где состоялся шоу-кейс лейбла «Симметрия». Расскажите свою историю знакомства с лейблом и его основательницей — Кариной Моргуновой, известной как Стереополина? Как был рожден ваш дуэт на песню «Печь»?
Дмитрий Трушкин: Мы познакомились с Кариной в ВК лет 15 назад на почве общих музыкальных вкусов. Быстро сдружились, потом она организовала концерт «Кремации» в Казани в 2013-ом году, там и встретились впервые, подружились. Логичным образом, спустя несколько лет, появилась наша совместная работа «Печь»: Карина написала музыку, я — текст. У Стереополины тогда ещё был некая протестная нотка в песнях, я решил сделать в том же духе. Сейчас, конечно, я бы выдал нечто более абстрактное и отстранённое от реалий.
ЕМ: В текстах группы чувствуется баланс между иронией и мраком. Как находите эту грань, чтобы не уйти ни в сплошной цинизм, ни в абсолютную безысходность?
Дмитрий Трушкин: В нашем случае ирония — это защита от безысходности. Если начать воспринимать происходящее вокруг без некой дозы прикола, то можно быстро уехать в психбольницу.
ЕМ: 14 ноября у группы состоится квартирник. Что для вас в этом формате самое ценное: возможность сыграть редкие песни, ближе пообщаться с публикой или вообще уйти от концертной дистанции и вести диалог с поклонниками, рассказывая забавные истории из жизни коллектива?
Дмитрий Трушкин: Возможность делать аранжировки с контрабасом – вот это супер. Ирина Кириченко, автор проекта «КвартИрник», занимается действительно интересным альтруистическим делом: приглашая музыкантов разного уровня известности, она организует для них встречи тет-а-тет со слушателями. Кто хочет погрузиться в эту атмосферу, приходите, вы не пожалеете!
ЕМ: Какой самый неожиданный подарок дарили участникам группы поклонники?
Дмитрий Трушкин: В Питере однажды подарили настоящий свекольный торт, а в Москве совсем недавно — очень острый соус с Кыштымским карликом на этикетке. Это отсылки к нашим песням «Свекольный торт» (эта песня есть только в ВК) и «Алешка из Кыштыма». Еще из недавнего запомнился пакет килограмм на 15 с местным пивом и сухариками, который нам презентовали в Нижнем Новгороде.
ЕМ: Дмитрий, не могу не затронуть прекрасный творческий тандем с прекрасной художницей Ксенией Трушкиной, которая является музой Вашего сердца. Если не секрет, расскажите, как вы предложили Ксении заняться оформлением логотипа, а затем и альбомов группы?
Дмитрий Трушкин: Примерно так: «Ксения, предлагаю заняться оформлением логотипа, а затем и альбомов группы». А она в ответ: «Я согласна!».
ЕМ: Проект «ХВОРЬ» – ещё одно ваше совместное детище с Ксюшей. Примечательно, что весь материал вы записываете дома. Расскажите, как выглядит ваша домашняя студия? Какие этапы записи материала вы точно делаете дома (редактирование, черновое сведение), а какие принципиально отдаёте на сторону (мастеринг, запись отдельных инструментов)?
Дмитрий Трушкин: Студия «ХВОРИ» состоит из ноутбука с FL Studio. Когда нужно писать вокал — на стол ставится книжка про рыбалку, а на неё кладётся телефон с включенным диктофоном. В такой конфигурации телефон оказывается на уровне головы, и дальше в самых простых наушниках с одного-двух дублей записывается вокал. «На сторону» отдавали пару раз запись живых инструментов: гитарист КБ Марк Мальцев прописывал для нас гитару и бас тоже в домашних условиях. А все остальные процессы в ХВОРИ я всегда брал на себя. Даже не думал, что «ХВОРЬ» в итоге залетит на зарубежную аудиторию, чего не удавалось КБ (впрочем, мы и не стремились). Нас неоднократно ставили на культовом нью-йоркском радио KEXP, (которое недавно подарило миру феномен Angine de Poutrine), наши песни дважды признавали треками дня на крупнейшем постпанк-ресурсе White Light/White Heat, в комменты приходили латиноамериканцы. А потом в 2022-ом всё резко прекратилось, но очаровательная диджей Шарлиз с KEXP всё ещё в нашем сердчеке.
ЕМ: Планируются ли у «ХВОРИ» и «Кремации Бонифация» совместные концерты?
Дмитрий Трушкин: Было такое пару-тройку раз, что «ХВОРЬ» выступала на разогреве на сольниках КБ. Мне физически непросто в таких объемах выдавать шоу, я уже давно не Олег Газманов.
ЕМ: На декабрьском сольнике состоится премьера двух новых композиций. А когда поклонникам группы «Кремация Бонифация» ждать новых клипов?
Дмитрий Трушкин: Никогда, наверное. Время клипов ушло и не вернётся.
ЕМ: В октябре у коллектива было ещё одно приятное событие — была вручена первая премия от «Радио Ревер». Где она сейчас стоит, и есть ли у неё своё почётное место? Если бы вы могли вручить такую же гранитную премию любой другой группе на локальной сцене, кому бы она досталась и за какие заслуги?
Дмитрий Трушкин: Награда стоит на полке дома у гитариста Марка Мальцева между трофейной непочатой банкой коктейля Strike и чучелом скелета. Гранитную премию я бы отдал артисту под названием Май Искариот. Талантливые мрачно-воодушевляющие тексты, классный образ и запоминающаяся подача. Однажды выступали вместе на одном корпоративе, и нам очень понравилось. Теперь позвали выступать вместе на нашем большом сольнике 12 декабря в Москве.
ЕМ: Дмитрий, 5 июня прошёл традиционный онлайн-концерт “по заявкам”, приуроченный к Вашему Дню Рождения. Планируете ли развивать эту идею дальше и делать такие концерты, связывая их с праздниками и другими праздничными датами?
Дмитрий Трушкин: Я праздную свои дни рождения таким нетривиальным образом с 2020-го года. Тогда как раз был ковид, мы с Ксюшей уехали во Владимир и единственным способом дохода оказалось онлайн-творчество. Теперь это, получается, древняя традиция, но вообще я хотел бы однажды в день рождения сыграть перед реальным живым залом. Разве может быть что-то приятнее для музыканта, чем отметить ДР с любимыми слушателями?
ЕМ: Празднование юбилея альбома «Клёвые сердца» состоится 12 декабря в Москве. А будет ли у поклонников из других городов возможность разделить этот праздник с вами? Каким городам стоит ждать у себя группу с этой программой?
Дмитрий Трушкин: Приедем в Питер зимой-весной в начале следующего года, пока ведем переговоры. А так сейчас мы очень плотно заняты сочинением и записью нового материала, как закончим – поедем, куда позовут. Мне безумно понравилась публика в Ярославле, например, туда хочу ещё раз, и чтоб не в -150 по Цельсию.
ЕМ: За всю свою многолетнюю историю группа выступала абсолютно на разных площадках, назовите свое самое запоминающееся выступление, как со знаком плюс, так и со знаком минус?
Дмитрий Трушкин: Самое запоминающееся со знаком плюс — это где я дрался с ОМОНом, а самое запоминающееся со знаком минус – это где ОМОН давал мне сдачи. Впрочем, это было одно и то же мероприятие. Шёл 2014-ый. Наш концерт накрыли, на третьей песне включился свет и отрубилась аппаратура, мы пытались доиграть и допеть без электричества. Дальше всё, как в тумане. Говорят, поступил звонок, что заложили бомбу, но это официальная версия (точно неправда). Я пытался до последнего отстоять своё право исполнить программу КБ, мне вежливо объяснили, что сегодня не получится. Даже ни одного синяка не осталось, работали профессионалы.
ЕМ: Есть ли у группы какая-то маленькая традиция, которая живёт с самого начала становления проекта и до сих пор?
Дмитрий Трушкин: После каждой репетиции мы друг другу аплодируем. Не знаю, может все так делают, я в других рок-группах никогда не участвовал. Такой вот незатейливый, но важный ритуал.
